Интегра165
Все, что было, все, что будет - все пройдет когда-нибудь...
Каждый сотый гражданин нашей страны
проживает в режимных поселениях — ЗАТО
Д.В. ЗАЯЦ
Что такое ЗАТО?
ЗАТО — это закрытые административно-территориальные образования. Их перечень утвержден специальным законом Российской Федерации, принятым в 1992 г., а затем несколько раз измененным*. После подписания в ноябре 2003 г. президентом страны указа об образовании ЗАТО Михайловский в Саратовской обл. число ЗАТО достигло 45. По состоянию на 1января 2002 г. в них проживали 1 млн 345 тыс. человек, то есть примерно столько же людей, сколько в Нижнем Новгороде, четвертом по людности городе страны, административном центре гигантского и многообразного Приволжского федерального округа, крупнейшем промышленном и транспортном узле. Почти каждый сотый россиянин живет в закрытом поселении.
В числе ЗАТО 25 городов, 19 поселков городского типа и один поселок (формально сельского типа!) Видяево. Большинство ЗАТО относятся к поселениям среднего размера. В число больших городов можно включить только Северск, перешагнувший стотысячный рубеж (население 120 тыс. чел.). Близки к стотысячникам Железногорск (его население 103 тыс. жит., но с пятью подчиненными населенными пунктами), Новоуральск (99 тыс. жит.), Озерск (88 тыс. жит.), Саров (86 тыс. жит.). Средний размер ЗАТО составляет 10—20 тыс. жит., то есть это, как правило, города, равновеликие обычным районным городам России. Самый маленький из городов-ЗАТО — Шиханы (8 тыс. жит.), из поселков — Вулканный (2 тыс. жит.), но есть основания считать, что образованное в 2003 г. ЗАТО Михайловский еще меньше. С 1992 г. действует Ассоциация закрытых административно-территориальных образований России, в рамках которой проводятся различные консультации и совещания, культурные обмены, общие спортивные мероприятия.
Система ЗАТО сложилась в нашей стране в 30—50-е годы прошлого века. Ее принято связывать с тоталитаризмом сталинского управления и рассматривать без отрыва от системы ГУЛАГа и массовых репрессий. Однако этот подход нельзя признать правильным: поселения оборонного профиля той или иной степени закрытости существовали и в дореволюционной России, аналоги ЗАТО живут и процветают в странах, считающихся образцом демократии. Чего стоит ядерный полигон США в штате Невада или французский центр по испытанию ядерного оружия на атолле Муруроа в Полинезии. Толчок развитию закрытых поселений дала Вторая мировая война и оформившаяся после нее угроза ядерной опасности. Не случайно поэтому большинство ЗАТО в нашей стране были созданы в промежутке между 1945 и 1960 гг.
По ведомственной принадлежности ЗАТО подразделяются на поселения, подчиненные Министерству обороны (таких большинство) и управляющиеся Минатомом (10 городов, закрытость которых обусловлена участием в цикле разработки и производства ядерного топлива и ядерных вооружений).
ЗАТО находятся на территории субъектов федерации и входят в их состав как города и поселки областного, краевого или республиканского подчинения, их население участвует в выборах глав регионов и местной законодательной власти. Однако согласно закону о статусе ЗАТО эти поселения финансируются и контролируются федеральными органами управления. Это объясняется тем, что промышленные производства или обслуживание военной инфраструктуры в ЗАТО настолько сложны или секретны, что местный бюджет самостоятельно с ними справиться не может. Влияние региональных администраций на закрытые поселения в известной мере ограничено. Администрации ЗАТО пользуются значительной самостоятельностью при решении вопросов местного характера.
Не следует считать, что оборонная инфраструктура России ограничивается лишь ЗАТО. Очень многие военные объекты расположены за их границами и имеют подчас более высокую степень секретности. Рассекреченные ЗАТО слишком крупны и приметны, чтобы их можно было замалчивать и далее. Еще одна причина «раскрытия» ЗАТО определяется тем, что в этих поселениях живет слишком много гражданского населения, которое не заставишь во всем следовать уставу. За пределами «архипелага ЗАТО» — огромная россыпь островков военных гарнизонов со скромными наименованиями вроде «в/ч № 0000».Где они расположены
ЗАТО расположены там, где логичнее всего размещать стратегические или оборонные объекты, то есть либо на рубежах страны, прикрывая их и служа своеобразным щитом, либо во внутренних районах, укрытых от вражеских глаз, застрахованных от внезапного нападения противника. Понятно, что разумно более всего укрывать в глубинах территории города, участвующие в атомной программе; морские военные базы всегда будут располагаться по берегам морей, а ЗАТО при ракетных частях стратегического назначения образуют защитный контур по периметру границ государства.
На территории России можно выделить несколько пространственных групп, или кустов, ЗАТО.
1. Кольская (7 ЗАТО Мурманской обл.) — базы Северного флота.
2. Центральная (9 ЗАТО: 4 в Московской обл., 2 в Тверской обл., по одному в Нижегородской, Владимирской и Пензенской обл.) — ЗАТО ориентированы на связи с Москвой, пользуются ее научным потенциалом или защищают ее от возможного нападения.
3. Поволжская (4 ЗАТО: 3 в Саратовской обл., 1 в Астраханской обл.) — имеет ракетную или химическую специализацию.
4. Уральская (11 ЗАТО: по 4 в Свердловской и Челябинской обл., по одному — в Башкирии, Пермской и Оренбургской обл.) — преимущественно центры атомной промышленности.
5. Сибирская (6 ЗАТО: 4 в Красноярском крае, по одному в Алтайском крае и Томской обл.) — преобладает атомная промышленность.
6. Дальневосточная (4 ЗАТО: по два в Приморском крае и Камчатской обл.) — территориально разорванная Японским и Охотским морями группа ЗАТО, обслуживающих Тихоокеанский флот.
Есть и одиночные ЗАТО, расположенные за пределами скоплений, например Мирный в Архангельской обл. или Углегорск** в Амурской обл.
О расположении поселений ЗАТО могут рассказать их названия. Например, город Новоуральск находится на Урале, поселок Сибирский — в Сибири. Правда, прежние наименования ЗАТО были более информативны, ведь для них использовались названия близлежащих городов с добавлением цифрового индекса почтового отделения. Эти названия сразу давали четкую привязку к окрестностям какого-либо незакрытого города и поселка — Арзамас-16, Красноярск-26, Челябинск-65, Пенза-19, что, конечно же, значительно упрощало примерное определение расположения ЗАТО. Большинство принятых ныне официальных названий вроде Зеленогорска, Горного, Лесного, Заречного, Молодежного безлики, они могут соответствовать практически любому поселению. В результате в не очень большом «архипелаге ЗАТО» появилось несколько пар похожих названий: Межгорье и Трехгорный, Озерный и Озерск, Снежинск и Снежногорск, не говоря уже о двух полных «тезках» — поселках Солнечный в Тверской обл. и в Красноярском крае. Путаницу вносят и открытые поселения, одноименные ЗАТО. Так, Краснознаменск (Голицыно-2) одноименен с городом в Калининградской обл., Зеленогорск (Красноярск-45) напоминает о еще недавно существовавшем городе под Санкт-Петербургом, Мирный (космодром Плесецк) — тезка якутского алмазодобытчика, Радужный (Владимир-30) — однофамилец центра нефтедобычи в Ханты-Мансийском а.о., есть свои пары у Знаменска (в Калининградской обл.), Заречного (в Свердловской обл.), Железногорска
(в Курской обл., есть еще и Железногорск-Илимский в Приангарье). А «близкие родственники» таких ЗАТО, как Первомайский, Кедровый, Горный, Свободный, исчисляются десятками. Возможно, военные специально предложили такие абстрактные и неопределенные названия для того, чтобы не создавать наводку на конкретные объекты и добиться максимальной маскировки. Однако теперь, когда практически все ЗАТО открыто показываются на географических картах, а их расположение — секрет Полишинеля, наверное, было бы неплохо скорректировать названия некоторых ЗАТО, естественно, при желании и активном участии их населения. В качестве примера можно вспомнить прецедент переименования незакрытого, но оборонного подмосковного Калининграда в Королёв (1996 г.). Впрочем, есть среди ЗАТО и удачные названия, такие как Большой Камень, Вилючинск, Вулканный, Саров, Североморск, Шиханы.
Чем они занимаются
По специализации ЗАТО можно разделить на шесть типов.
1. Атомные города — 10 городов, находящихся в ведении Министерства по атомной энергии. Саров, Новоуральск, Лесной, Заречный, Озерск, Снежинск, Трехгорный, Северск, Железногорск и Зеленогорск включены в цикл по обогащению и переработке ядерного топлива (уранового и плутониевого) и его использованию в военных (для применения в ядерных боеприпасах) и мирных (в атомной энергетике) программах. В городах этого профиля ведется разработка ядерного оружия, а также направлений конверсии ядерной отрасли, для чего в них созданы специальные научные институты и лаборатории, специалистов для которых готовят профильные учебные заведения, находящиеся там же.
2. Военно-морские базы. Они сосредоточены на побережьях, имеющих наиболее выгодное стратегическое положение. Фьордовый, изрезанный северный берег Кольского полуострова укрывает ЗАТО, обслуживающие Северный флот России, — Североморск, Полярный, Снежногорск, Заозерск, Скалистый, Островной, Видяево. Все они, включая наиболее отдаленный Островной, лежат в незамерзающей части Баренцева моря и контролируют вход в моря Северного Ледовитого океана с запада. Два ЗАТО Приморского края — Большой Камень и Фокино являются базами Тихоокеанского флота на самом южном форпосте российского Дальнего Востока. Лежащий в заливе Крашенинникова Авачинской губы Вилючинск формирует морской щит страны на беринговоморском направлении.
3. Поселения при ракетных частях и полигонах. Эти ЗАТО находятся в ведении ракетных войск стратегического назначения (Звездный, Свободный, Кедровый, Сибирский, Светлый, Комаровский, Первомайский и др.) или военно-космических сил России (Краснознаменск, Знаменск, Мирный, Углегорск). Первые представляют собой, как правило, небольшие поселки городского типа, размещенные близ железных дорог, при которых находятся пусковые установки (чаще всего в шахтах) баллистических ракет. Вторые — гораздо крупнее, обслуживают космодромы, большие ракетные полигоны или центры космической связи.
4. ЗАТО химического профиля, оба (Шиханы и Михайловский) расположены в Саратовской обл. Ранее — центры разработки и производства химического оружия, ныне — центры его утилизации и уничтожения. В состав этих ЗАТО входят значительные территории, на которых происходит утилизация и захоронение химического оружия.
5. Поселки, поддерживающие военную связь, — Восход и Приокск, — небольшие поселения, расположенные вблизи Москвы на крупных транспортных осях.
6. Центр разработки лазерного оружия — город Радужный.
Какой режим действует в ЗАТО
До начала 90-х годов о ЗАТО знали на уровне слухов. Вся информация о них была засекречена. Закрытые поселения не показывались на географических картах, не давались в справочниках и энциклопедиях, почти не было никакого намека на их присутствие и на местности: названия ЗАТО не подписывались на дорожных указателях, маршрутных табличках автобусов. В целях маскировки любая статистическая информация, касаемая ЗАТО (численность населения, социально-экономические показатели, количество учащихся в учебных заведениях и др.), в равных пропорциях разбрасывалась по всем областям и республикам. О ЗАТО напоминали лишь наезженные дороги под знаком «въезд запрещен», бетонные заборы да заграждения из колючей проволоки.
Как мы уже установили, ЗАТО — это экстерриториальные образования, их контакты с окружающим пространством до недавнего времени были минимальны. Поэтому в рамках ЗАТО признавалось необходимым создать полную инфраструктуру для проживания и деятельности его населения, сделать поселение хозяйственно автономным, самодостаточным. Внутри периметра, огороженного в целях недопущения проникновения посторонних, находилось все то, что могло обеспечить существование ЗАТО: железнодорожные станции, водозаборы, кладбища, садовые участки и места отдыха горожан. И конечно же, в границы закрытого контура входила вся производственная инфраструктура стратегического назначения, будь то заводы по переработке ядерного топлива, акватории стоянки военных судов, пусковые шахты межконтинентальных баллистических ракет, площадки для запуска космических объектов, полигоны различного назначения, аэродромы, склады, хранилища отходов и т.п. Поэтому нередко территория ЗАТО занимает площадь в несколько десятков и даже сотен квадратных километров, в нее иногда включаются поселки — спутники центральных городов и сельские поселения.
Несмотря на существенную либерализацию режима ЗАТО в последние десятилетия, жизнь и взаимоотношения их с окружающим миром подчинены особому распорядку, предусматриваются ограничения на въезд и постоянное проживание граждан, на полеты летательных аппаратов над территорией и т.д. Вокруг ЗАТО продолжают существовать ограждения. Попасть в них можно только через специально оборудованные КПП и только по пропускам, выписываемым военной администрацией. Иногда это выглядит следующим образом: к проходной на КПП подкатывает автобус и высаживает всех пассажиров, они проходят проверку, а после их подбирает другой автобус, подаваемый со стороны ЗАТО.
В последнее время с военной или ведомственной администрацией ЗАТО пытается конкурировать администрация гражданская, выборная. Как и любые другие муниципальные образования, ЗАТО подчиняются закону о местном самоуправлении, там действуют избираемые населением городские законодательные и исполнительные органы. Нередко главами ЗАТО становятся женщины. В качестве примеров можно привести город Островной, поселки Озерный, Сибирский, Светлый и некоторые другие. Это, видимо, происходит потому, что женщинам, не имеющим погон, проще вступать в диалог с владельцами градообразующих предприятий — Минатомом или Минобороны.
Почему люди хотят жить
в закрытых поселениях
На Руси аналоги ЗАТО известны с древности. Поселениями, имевшими ярко выраженную оборонную направленность и жертвовавшими ради безопасности страны торговлей и ремеслами, а посему субсидируемыми государством, были города-крепости засечных черт, казачьи поселения, центры экспансии на вновь присоединенных или колонизируемых землях. Близкий к ЗАТО статус имели в XIX — начале ХХ в. военные крепости, такие как Кронштадт, Севастополь или Карс. Некоторые черты современных ЗАТО угадываются в аракчеевских военных поселениях (их система действовала в некоторых западных и южных губерниях России в 1810—1857 гг.). Военные поселения были печально известны очень жестким репрессивно-палочным режимом и снискали недобрую славу. Население (и военное, и крестьянское) почитало за благо вырваться за пределы этой неволи, но удавалось это очень немногим.
Советским же властям удалось заинтересовать население работой и образом жизни в закрытых поселениях. Это было далеко не просто, ведь, приезжая в ЗАТО, человек добровольно накладывал на себя ряд ограничений: давал подписку о неразглашении информации, обязывался ограничить общение с «открытым» миром (включая посещение родственников, выбор места отдыха и др.), становился «невыездным» за пределы государственных границ СССР (причем это ограничение действовало даже спустя много лет после того, как возможный носитель секретной информации покидал закрытое производство и уезжал из ЗАТО). Тем не менее население вполне охотно переезжало в закрытые города и поселки, оставалось там после ухода на пенсию. Объяснением тому были значительные привилегии и льготы, которые выпадали на долю жителей ЗАТО: в эпоху вечного дефицита поселения этой категории имели лучшее снабжение (возможно было купить почти все: от деликатеса до импортной мебели), здесь был высок уровень образования и медицинского обслуживания, существенно лучше обстояли дела с культурой и досугом (действовали свои театры, музеи, клубы, оборудование в которых было совершеннее и современнее, чем на «большой земле»). Закрытые города лучше распланированы и благоустроены, перед ними с гораздо меньшей остротой стояла жилищная проблема, почти идеально работал городской транспорт.
Конечно, после распада Советского Союза и многократного сокращения расходов на оборону и, соответственно, на содержание ЗАТО привлекательность (или, как теперь модно говорить, аттрактивность) закрытых поселений померкла. Однако люди продолжают держаться за привычные им места проживания, рассчитывая, видимо, на изменение существующих негативных тенденций. Население городов и поселков ЗАТО сокращается, но в большинстве случаев не так сильно, как в «гражданских» городских поселениях, и сокращение это происходит главным образом по демографическим причинам, а не из-за механического оттока. Более того, многие населенные пункты, не включенные в федеральный перечень ЗАТО, стремятся получить этот статус. Недавняя история: жители пгт Горный в Саратовской обл. были просто возмущены решением властей не включать в созданное в ноябре 2003 г. ЗАТО Михайловский территорию всего поселка (закрытыми стали лишь его окраины с предприятием по уничтожению химического оружия). Доводы населения звучали так: ЗАТО будет финансироваться из федерального бюджета и те, кто там будет жить, могут рассчитывать на некоторые социальные льготы, остальные же горновцы не получат ничего, кроме экологически опасного производства прямо под боком. За статус ЗАТО стоят горой и жители Приокска — небольшого поселка, по сути уже слившегося с окружающими микрорайонами подмосковного Ступина. Компании по сохранению или приданию режима ЗАТО, раскручиваемые местными администрациями, находят поддержку у населения. Людей можно понять: статус особого территориального образования предусматривает определенную автономию, бюджетную независимость, большее внимание со стороны Центра, который многими воспринимается более сильным и богатым хозяином, нежели власти регионов. Таким образом, плюсы жизни в ЗАТО в общественном сознании перекрывают минусы.
Проблемы режимных поселений
ЗАТО — участки территории страны, искусственно изолированные от основного ее пространства. Но колючая проволока и бетонный забор не способны оградить от проблем, испытываемых в «переходный период» всем российским обществом. Наиглавнейшая из них — финансирование. Для ЗАТО она еще острее и актуальнее. Раньше, как мы уже отмечали, ЗАТО были привилегированными поселениями, неудобства проживания в них с лихвой компенсировались материальными выгодами. Теперь, в годы демилитаризации принято считать, что необходимость в поддержании системы закрытых военных объектов отпала и они должны сами выплывать в нелегкое рыночное время. Может быть, это и так. Но производства, сконцентрированные в ЗАТО, настолько специфичны, настолько материало- и капиталоемки, что просто не могут быть конкурентоспособными. Единственный выход сохранения их производственного, научного и человеческого потенциала — дотации со стороны государства.
Вторая важная проблема — занятость. Закрытые города по определению монофункциональны, они почти полностью подчинены градообразующему предприятию, глава которого часто является теневым хозяином города. Произошедший спад производства, сокращение объемов выпуска вооружений, ущербность конверсионных программ привели к тому, что многие жители ЗАТО остались без привычной работы, а заниматься бизнесом и торговлей в городе за колючей проволокой, имеющем ограничения на связь с внешним миром, довольно затруднительно.
Третья проблема, во весь рост вставшая перед ЗАТО, связана с балансом между открытостью и безопасностью. За годы и десятилетия изолированной жизни в каждом из закрытых поселений сформировался свой микроклимат. Здесь практически не было маргиналов. Кандидатура каждого поселенца в ЗАТО проверялась и согласовывалась. Люди приспособились к городской среде и правилам, продиктованным спецификой секретных производств, привыкли к отсутствию чужаков, привыкли воспринимать своеобразные «тепличные» условия как должное. В ЗАТО была на редкость спокойная криминогенная обстановка. Говорят, что только в этих городах и поселках еще лет пятнадцать назад было возможно оставлять двери своих квартир и автомашин незакрытыми. Какой смысл совершать противоправные действия, если покинуть город можно лишь через КПП и если на каждого, находящегося внутри охраняемого контура, заведено досье? Смягчение режима ЗАТО, а тем более его отмена, воспринимается их жителями неоднозначно. Они сильно обеспокоены возможным наплывом переселенцев, ищущих лучших условий жизни, новых ниш для бизнеса, опасаются потока криминала, боятся террористов (а если Басаев захочет устроить показательный теракт в охраняемом городе в насмешку над бессилием российской власти?). Хотя, конечно, в каждом ЗАТО есть люди, в основном молодежь, ратующие за более тесные контакты с внешним миром.
Еще одна серьезная проблема — экологическая. Как правило, сосредоточенные в ЗАТО производства — «грязные», несоблюдение техники безопасности и особого режима чревато загрязнением: радиоактивным, химическим, электромагнитным или биологическим. Для утилизации отходов и продолжения природоохранной деятельности требуются большие средства, которых и без того не хватает. В связи с этим сворачивается контроль за состоянием природной среды, не ведется замена выработавшего свой ресурс оборудования. Чрезвычайные ситуации на секретных промышленных объектах в Озерске и Северске еще в советские времена привели к экологическим катастрофам, затронувшим огромные территории. Теперь, когда население окружающих ЗАТО районов уже прекрасно осведомлено о профиле размещенных там предприятий, добиться общественного спокойствия намного сложнее. Масла в огонь подливают и многочисленные «зеленые» организации, требующие безусловного и немедленного закрытия всех потенциально опасных предприятий, но при этом не осознающие, что бездумный и неумелый вывод их из эксплуатации может привести к еще более непредсказуемым экологическим последствиям.
Перспективы существования
Понятия «армия» и «реформа» довольно сложно уживаются между собой. Вероятно, именно поэтому так вяло идет структурная перестройка ЗАТО. Поддерживать закрытый режим с каждым годом все сложнее: не хватает средств на охрану, не на что становится ремонтировать заграждение, да и призывные ресурсы у армии неуклонно сокращаются. Министерству обороны было бы легче сбросить со своего баланса хотя бы часть из курируемых ЗАТО, не заниматься их снабжением, благоустройством, завозом топлива, строительством жилья, передать их гражданской администрации, сосредоточиться на собственно оборонных функциях, но население, привыкшее к заботе, выступает против этого. Тем не менее уже сейчас очевидно, что некоторым ЗАТО придется распрощаться со своим особым статусом. В числе наиболее вероятных кандидатов чаще всего фигурируют город Островной Мурманской обл. и поселок Озерный, расположенный близ Бологого. И если второй в силу своего положения в месте со сравнительно комфортными природными условиями в непосредственной близости от магистралей Москва—Петербург имеет потенциал для развития как гражданское поселение, то уход военных из заполярного и холодного Островного означает для города гибель.
Несколько более оптимистичны перспективы городов Минатома. Высокий научный и технологический уровень этих центров, наличие исследовательских лабораторий и образовательных учреждений позволит создать на базе этих ЗАТО технопарки американского или японского образца. В этих своеобразных «силиконовых долинах» можно будет развивать наукоемкие отрасли: микроэлектронику, программирование, биотехнологии. Но для их перепрофилирования или, лучше сказать, «допрофилирования» требуются средства, и немалые. У государства денег на науку в обозримом будущем, видимо, не найдется, а независимый инвестор, тем более иностранный, вряд ли пойдет в закрытый город. Да и пустят туда его?
К настоящему моменту остается констатировать, что существование ЗАТО официально признано. С 1995 г. данные по численности их населения публикуются в статистических справочниках, закрытые города, хотя еще далеко не все, стали появляться в энциклопедиях и справочных изданиях. Теперь Снежинск и Озерный, Новоуральск и Лесной, Саров и Северск, Краснознаменск и Вилючинск можно увидеть на географических картах — как на крупномасштабных (топографических), так и на региональных. Однако на последних вышедших картах закрытые города снова отсутствуют. Не пора ли и нам не делать секрета из того, что уже знает весь мир? Достаточно увидеть любую подробную карту нашей страны, изданную за рубежом, чтобы убедиться в этом. Только тогда закрытые поселения смогут полноценно реинтегрироваться в общероссийское пространство.
geo.1september.ru/2004/07/12.htm
Утащила geo.1september.ru/2004/07/3.htm

@темы: чтобы было, чтобы не спрашивали, закрытые города